World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

  МСВС : МСВС/Р : Троцкизм

Дэвид Норт

Наследие, которое мы защищаем:
Введение в историю Четвертого Интернационала


Версия для распечатки

Глава 29. Историческое предательство на Цейлоне

18 июня 2002 г.

Через пять месяцев после июньского 1963 года паблоистского Конгресса Воссоединения произошло событие, которое разоблачило мелкобуржуазную перспективу, стоявшую за предательством троцкизма со стороны СРП. 22 ноября 1963 года президент Джон Ф. Кеннеди был убит по политическим мотивам, когда он проезжал через Даллас в кортеже автомобилей. Ответ Социалистической Рабочей партии был беспрецедентным в анналах революционного марксизма. Ее Национальный секретарь Фаррелл Доббс послал письмо, выражающее соболезнования вдове Кеннеди, которое было опубликовано в выпуске Militant от 2 декабря 1963 года: «Социалистическая Рабочая партия осуждает зверское убийство Президента Кеннеди как бесчеловечный, антисоциальный и преступный акт. Мы выражаем глубокое сочувствие миссис Кеннеди и детям в их личном горе...

Политические разногласия в нашем обществе должны быть урегулированы законным порядком посредством решения большинства после открытого и свободного публичного обсуждения, в котором будут выслушаны все точки зрения».

Во время спора о кастроизме Хансен утверждал, что заявление СРЛ о перерождении СРП было опровергнуто ее защитой Кубинской революции перед лицом американского империализма. Но после убийства Кеннеди руководство СРП было охвачено трусливой паникой. Напуганные перспективой антикоммунистической «охоты на ведьм», лидеры СРП бесстыдно пресмыкались перед американским империализмом.

В первом после убийства номере газеты Militant от 2 декабря 1963 года благожелательно цитировались панегирики в адрес Кеннеди, произнесенные на смерть президента. Речь Верховного судьи Эрла Уоррена цитировалась как пример «глубоких и убедительных замечаний серьезных мыслителей и писателей». Строка из речи Уоррена была использована в качестве заголовка статьи в Militant : «Если мы действительно любим нашу страну, мы должны отречься от ненависти».

Несмотря на то, что «27 причин» Банды перегружены злобными выпадами против СРП, он странным образом молчит об этом действительно позорном эпизоде. Это не случайно: он нападает на СРП только за те действия, которые она предпринимала, пока все еще была троцкистской партией и защищала принципы Четвертого Интернационала. Но после того, как СРП порвала с троцкизмом, Банда предпочитает ничего не говорить о ее настоящих преступлениях. Как следствие он осуждает поведение Кэннона в 1941 году во время процесса в Миннеаполисе по обвинению в подстрекательстве к мятежу как «политическую трусость и капитуляцию перед отсталыми слоями американского рабочего класса...» Но при этом игнорирует открытое заявление СРП о солидарности с американским правящим классом, сделанное всего через несколько месяцев после раскола с Международным Комитетом.

Британская Социалистическая Рабочая Лига понимала классовое значение телеграммы СРП и публично ее осудила. В статье под названием «Марксисты и убийство Кеннеди» Джерри Хили писал:

«Убийство президента Кеннеди послужило для литературных и политических представителей среднего класса поводом к особо истеричной кампании, проливанию слез и изливанию восхвалений.

Прочитав некоторые статьи в так называемой социалистической и либеральной прессе о жизни Кеннеди, читателя можно простить, если он подумает, будто тот выступал за свободу негритянского народа и был на деле социалистом во всем, кроме наименования.

Так поступают наемники международного капитала в попытке обелить наиболее реакционную империалистическую державу в мире в час ее кризиса.

Кеннеди, конечно, был одним из наиболее способных представителем своего класса. Все, что он делал, имело одну цель, а именно: укрепить американский империализм.

Когда он говорил о правах негров, то просто использовал благозвучную либеральную фразеологию для того, чтобы еще успешнее от имени своего класса продолжать порабощать негритянский народ.

Марксисты не выражают ни малейшего сочувствия по поводу смерти Кеннеди. Он был всего лишь одним из империалистических тиранов.

Мы не извиняем акт индивидуального террора, приведший к этой смерти, но не потому, что мы щепетильны или гуманны в отношении того, как он был совершен, а потому, что индивидуальный террор не заменяет построение революционной партии.

Терроризм — это оружие, которое на деле дезорганизует рабочий класс и оставляет его без руководства. Он создает впечатление, что физическое устранение выдающихся капиталистических политиков и государственных деятелей может решить проблемы рабочего класса.

Но на каждого убитого тирана всегда есть еще один, готовый занять его место. Только свержение капиталистической системы в Соединенных Штатах и замена ее властью рабочих и социализмом могут решить проблемы белого американского рабочего класса и негров» (1).

Затем Хили проанализировал то, как СРП отреагировало на это убийство: «Когда Ли Освальд произвел фатальный выстрел, он сделал нечто большее, чем убил президента».

«Он также полностью разрушил ложь о том, что Социалистическая Рабочая партия Соединенных Штатов Америки является троцкистской партией и что она продолжает традиции, на которых она была основана в борьбе за построение Четвертого Интернационала» (2).

Осуждая заявление СРП как «тошнотворный документ... написанный трусливыми либералами, глаза которых смотрят исключительно в сторону американского среднего класса», Хили презрительно отозвался о содержавшемся в телеграмме призыве к урегулированию «политических разногласий» «законным порядком».

«В самом деле! Скажите это неграм в Бирмингеме и Алабаме, шахтерам Кентукки. Скажите это миллионам жителей колоний, борющихся против капитализма.

Урегулирование классовых вопросов не может произойти законным порядком, но только насильственным путем, потому что правящий класс никогда не уступит власть добровольно мирным образом. Для миллионов рабочих, борющихся против империализма во всем мире, Доббс — просто еще один американский либерал, который говорит языком "закона" для того, чтобы замаскировать жестокость своего собственного империалистического правительства» (3).

Хили правильно раскрыл политическое значение реакции СРП на убийство Кеннеди. Внезапно столкнувшись с политическим кризисом, который отражал огромное классовое напряжение, скрытое в глубинах американского общества, СРП ясно показала, в какую сторону ориентирована ее классовая лояльность. Достаточно лишь сравнить послание Доббса с простым и лаконичным замечанием Малькольма Икса, который, не будучи марксистом, гораздо яснее, чем СРП, оценил значение убийства Кеннеди для американского империализма: «Цыплята — сказал он, — возвращаются домой на насест».

Реакция СРП на убийство Кеннеди стала неопровержимым доказательством того, что ее воссоединение с паблоистами было связано с отказом от революционной перспективы для американского рабочего класса. Но это все же было лишь эпизодом. Настоящее историческое значение объединения СРП с паблоистами обнаружилось в июне 1964 года, когда ЛССП, цейлонская секция паблоистского «Интернационала», вошла в буржуазное коалиционное правительство мадам Бандаранаике. Это было действительно «4-е августа» паблоизма. Впервые в истории партия, называющая себя троцкистской, вошла в состав буржуазного правительства. Это предательство подготавливалось много лет, и паблоисты несли полную ответственность за это политическое преступление. После июня 1964 года больше не могло быть сомнений насчет контрреволюционной роли паблоизма.

Начиная с 1953 года, политический кризис в ЛССП, ее трансформация из революционной партии в реформистскую нашла свое зеркальное отражение в поддержке ликвидаторской линии Пабло. ЛССП выступила против опубликования «Открытого письма», сохранила свои организационные связи с Интернациональным Секретариатом и сыграла решающую роль в организации объединения СРП с европейскими паблоистами. Поддержка ЛССП, оказанная паблоистам, была связана с развитием мощных оппортунистических тенденций в ее руководстве, которые еще более открыто побуждали его к прямому политическому союзу с национальной буржуазией на Цейлоне. В свою очередь развитие этих связей, которые в итоге привели к участию ЛССП в буржуазном правительстве, было санкционировано паблоистами.

Никто лучше Банды не знает о преступной ответственности паблоистов за предательство цейлонского рабочего класса. Он знает, что, начиная с 50-х годов и далее, позиция МКЧИ относительно политики ЛССП была диаметрально противоположна позиции паблоистов. После раскола 1953 года и Хили и Кэннон признали оппортунистический характер руководства ЛССП. В 1957 году Хили враждебно отреагировал на предложение Лесли Гуневардене об объединении, подчеркивая в письмах к Кэннону правую ориентацию ЛССП. Явное политическое размежевание между МКЧИ и паблоистами — то есть борьба марксизма против оппортунизма — нашло свое наиболее прямое выражение в отношении к ЛССП. По этой причине Банда бесстыдно пытается скрыть этот факт и переписать историю в соответствии с его сегодняшними фракционными нуждами. Он заявляет:

«В большей степени к делу относится явная неудача МК провести эффективное вмешательство в дела ЛССП, которая с 1958 года двигалась вправо в сторону сотрудничества с ПСШЛ (партия Свободы Шри-Ланки). С 1960 по 1964 годы МК не сказал ничего в надежде, что центристы из ЛССП смогут перейти в МК. В этой ситуации Пабло откололся от Манделя и усилил вероятность участия в антикоалиционной фракции, выступив против группы Н.М. Перейры — Кольвина де Сильвы прежде, чем это сделал МК».

Какой возмутительный лжец! Неискренность Банды была проиллюстрирована его циничным выбором 1958 года как года, в котором начал проявляться правый уклон ЛССП. Он выбирает 1958 год просто для того, чтобы избежать упоминания о критике линии ЛССП, которая была сделана МКЧИ еще в 1956 году. Как мы отметили в предыдущих главах, в январе 1956 года СРП охарактеризовала линию ЛССП как «национальный оппортунизм» и публично осудила ее оппортунизм в отношении китайского сталинизма в передовице, опубликованной в газете Militant в марте 1957 года. В апреле 1957 года Хили более подробно высказался насчет перерождения ЛССП в письме к Тому Керри:

«Одним из обстоятельств, которым мы сильно обеспокоены, является вырождение на Цейлоне. Кольвин де Сильва и Перейра были здесь несколько дней назад и даже не попытались нас увидеть. Мы узнали, что они защищали свою политику в отношении Чжоу Эньлая, обвиняя нас в сектантстве. Похоже, там происходит вполне определенный сдвиг, и это может оказаться очень важным в будущем. В 1954 году они были достаточно прочно связаны с нами политически, но теперь они переходят в лагерь Пабло. Вот отрывок из доклада, представленного нашему МК одним из товарищей, который разговаривал с английским паблоистом.

"Борнштейн сказал нам, что Кольвин посетил его 20 марта. Кольвин Р. де Сильва сказал ему, что он недавно получил письмо от товарища Дж. Хили, ‘в котором его просили выдвинуть особые требования китайской делегации'. Кольвин утверждал, что когда он закончил читать это письмо, он рассмеялся и подумал, что ‘Хили сошел с ума'. Борнштейн сказал, что видел это письмо и согласился с Кольвином в том, что требования, содержавшиеся в нем, были не только младенческими, но и невозможными на этом этапе, потому что, как выражается Борнштейн, сталинисты находятся в процессе изменения к лучшему. Возможно, добавил Борнштейн, что сталинистское руководство извлечет уроки из своего ужасного опыта; а выступление с такими требованиями препятствовало бы демократизации Компартии в Китае"» (4).

10 мая 1957 года Хили снова написал Кэннону и вновь поднял вопрос о кризисе в ЛССП:

«Пабло хорошо знает об оппортунизме нашего цейлонского руководства и, верный себе, он проталкивает их вперед. Мы не можем продолжать молчать в этом вопросе. Более того, нам следует принять во внимание, что лидеры ЛССП с 1954 года еще более отошли от позиций ортодоксального троцкизма. На своем Четвертом Конгрессе Пабло включил некоторые их поправки, и они капитулировали. Теперь они более чем когда-либо ранее далеки от нас политически. Например, Цейлонская Федерация Труда, в которой преобладают троцкисты, послала следующее первомайское приветствие российским профсоюзам:

"Цейлонская Федерация Труда посылает вам и советским людям братские поздравления по случаю Первого Мая и заявляет о своей поддержке против всех империалистических угроз в адрес вашей страны". — Н.М. Перейра, председатель.

Ни слова о Венгрии и революционных борцах в СССР. Вместо этого — оказание помощи и поддержка сталинистской бюрократии, которая, в свою очередь, будет использовать это для сохранения своего господства над советскими массами» (5).

Банда, конечно, знаком с этими письмами; он, возможно, участвовал вместе с Хили в их составлении. И все же он не ссылается на них, так как они подчеркивают оппозицию Международного Комитета оппортунизму ЛССП, к которому подстрекали паблоисты. Если бы это не шло вразрез с его сегодняшними политическими нуждами, Банда мог бы написать целые тома о вероломной роли, которую сыграли Мандель и Пабло в подготовке почвы для предательства ЛССП.

Когда буржуазная партия Свободы Шри-Ланки (ПСШЛ) пришла к власти в 1956 году при поддержке группы Филиппа Гуневардене и сформировала правительство ОНФ, ЛССП оказала ей критическую поддержку, в то время как ревизионистский Интернациональный Секретариат аплодировал «необратимым шагам» в сторону социализма. Правительство Бандаранаике попыталось использовать всеобщее восстание масс и условия экономического бума на Западе, чтобы вырвать некоторые уступки для местного капиталистического класса, и даже создало иллюзию, хотя и временную, что национальная буржуазия могла бы стать независимой от империализма.

Бандаранаике национализировал транспортные услуги и порт Коломбо, закрыл империалистические базы на Тринкомали и Катунояке, ввел меры по защите местного рынка от проникновения более дешевых товаров из империалистических стран и использовал доходы от чая и каучука для того, чтобы дать толчок развитию местной промышленности. Эти меры исчерпали изобретательность цейлонской буржуазии. Одновременно Бандаранаике проводил ярую шовинистическую политику, направленную против тамилов и рабочих плантаций.

Ряды рабочего класса на Цейлоне значительно расширились, благодаря возросшей активности частного и общественного сектора. Антиимпериалистическая демагогия Бандаранаике, однако, не могла включать в себя требований рабочего класса о повышении уровня жизни, хотя пролетариату и удалось добиться значительных уступок от государства. Вести эту борьбу была вынуждена ЛССП.

Когда Бандаранаике попытался урезать демократические права рабочего класса путем введения закона об общественной безопасности, ЛССП организовала однодневную всеобщую забастовку протеста, в которой, как и предсказывалось, сталинисты выступили штрейхбрейкерами. Некоторые слои местной буржуазии вступили в конфликт с Бандаранаике, считая его неспособным противостоять активности рабочего класса, и организовали в 1959 году его убийство.

К тому времени перерождение ЛССП зашло весьма далеко. На всеобщих выборах в 1960 году партия выдвинула, впервые за свою историю, перспективу прихода к власти парламентским путем. Она боролась за 100 мест, но были выбраны только 15 ее кандидатов. Выборы показали, что капиталистический класс добивался возвращения старой Объединенной Национальной партии (ОНП — UNP), которая сформировала правительство меньшинства в марте 1960 года. Когда новое правительство сразу же после опубликования своей базовой политической декларации распалось, ЛССП решила поддержать ПСШЛ на выборах в июле 1960 года.

На партийной конференции в 1960 году Н.М. Перейра провел резолюцию о формировании коалиционного правительства вместе с ПСШЛ. Она была принята конференцией, но отвергнута Центральным комитетом. Доводы, выдвинутые Перейрой, целиком совпадали с концепциями, которые уже многие годы выдвигал Пабло. Резолюция Перейры заявляла:

«Конкретно... партия ЛССП будет вынуждена предпринять следующие шаги. Прежде всего, заключить пакт об отказе соперничать на предстоящих выборах. В процессе самой кампании заявить о нашей готовности поддержать формирование правительства ПСШЛ (партия Свободы Шри-Ланки). Это не должно сопровождаться какими-либо условиями, иначе мы ослабим силы, готовые оказать поддержку и образовать альтернативное правительство. Во-вторых, следует предпринять шаги для заключения программного соглашения с ПСШЛ, имея в виду формирование совместно правительства.

Можно оклеветать такую линию, назвав ее классовым сотрудничеством, и резко осудить ее. Такое обвинение в классовом сотрудничестве логично только в том случае, если не принимается во внимание мелкобуржуазный характер партии ПСШЛ. В любом случае, подобная тактика вхождения в отношении к реформистским социал-демократическим партиям не нова. Надо признаться, мы выводим энтризм [«вхождение»] на следующую стадию, принимая власть. Но разве это не лучший способ для масс приобрести опыт, необходимый для того, чтобы развеять иллюзии и поверить в нашу искренность. Несколько смелых прогрессивных мер, предпринятых нами, позволят им научиться большему, чем за многие годы пропаганды. Эти меры должны совпадать с нашей социалистической программой и способствовать проведению нашей социалистической политики» (6).

16 сентября 1960 года Интернациональный Секретариат выпустил пространный документ, адресованный членам ЛССП, который оправдывал каждый пункт капитуляции ЛССП перед ПСШЛ:

«Опасная ситуация возникла в особенности после убийства Бандаранаике. Именно политическое руководство капиталистического класса навязало этот кризис. В результате смерти премьер-министра и ослабления парламентской власти ПСШЛ большинство населения, принадлежащего к среднему классу, было привлечено империалистической партией ОНП. Тем временем наиболее реакционные слои стали питать надежду на сильное правительство за пределами парламентской демократической системы... Другими словами, хотя массы были готовы защищать свои завоевания, они не были готовы организовать антикапиталистическое движение на революционной политической основе» (7).

Все эти доводы были оправданиями, служившими для прикрытия оппортунизма ЛССП. Одобряя капитуляцию ЛССП перед ПСШЛ, Интернациональный Секретариат заявлял:

«Мы считаем, что революционная партия может оказать критическую поддержку правительству нерабочего класса (либо среднего класса, либо капиталистического) в колониальных или полуколониальных странах. Но такая поддержка может быть оказана только при соблюдении двух важных условий. Одно из условий — поддержка прогрессивных мер, способствующих победе революционного движения. Другое — воспитание масс, находящихся под руководством капиталистического класса или среднего класса. Это не предполагает постоянной, прямой и безусловной поддержки не рабочего правительства» (8).

Паблоисты отличались от ЛССП только тем, что выступали за непостоянную, непрямую и условную поддержку буржуазных режимов. То, что они приняли правую ориентацию ЛССП, делало лицемерным их мягкий упрек в отношении открытого призыва Перейры к коалиции. С помощью прикрытия, обеспеченного Интернациональным Секретариатом, ЛССП стала двигаться в сторону принятия расистской политики, частью которой был отказ в признании полных гражданских прав рабочих плантаций.

На Конгрессе Воссоединения паблоистов в июне 1963 года ревизионисты снова скрыли масштабы перерождения ЛССП: «Наша цейлонская секция коренным образом исправила неверную ориентацию, принятую в 1960 году, на поддержку либерально-демократического правительства ПСШЛ. Так как массы начали действовать, она без колебаний встала во главе масс против вчерашних союзников на выборах» (9).

Паблоисты предложили ЛССП сформировать «действительно социалистическое правительство объединенного фронта» путем союза с Компартией и ОНФ (Объединенный Народный Фронт — МЕР) Филиппа Гуневардене. Настоящее значение этой политической линии «объединенного левого фронта» заключалось в том, чтобы подготовить участие ЛССП в правительстве Народного фронта, так как ОНФ была расистской мелкобуржуазной группой. Через месяц после Конгресса Воссоединения ЛССП получила инструкции от паблоистского Интернационала, которые санкционировали индо-цейлонское соглашение о депортации сотен тысяч рабочих плантаций в Индию. В письме, написанном в июле 1963 года, Объединенный Секретариат констатировал, что «мы признаем, что в принципе в переговорах между Индией и Цейлоном по этому вопросу нет ничего неверного» (10).

В противовес недомолвкам и сокрытию правды со стороны Объединенного Секретариата, британская Социалистическая Рабочая Лига открыто осудила вероломную политику ЛССП. В письме, написанном Хили 12 июня 1963 года в Национальный комитет СРП, осуждавшем ее воссоединение с паблоистами, он с горечью указал на молчание СРП в отношении подготовки ЛССП к предательству цейлонского рабочего класса:

«Недавно мы прочли в Militant, что 100.000 человек вышли на митинг в Коломбо по случаю Первого Мая. "Такое огромное количество участников, — говорит Militant, — объясняется энтузиазмом масс по поводу перспективы создания единого фронта между партией Ланка Сама Самаджа (троцкистской), Коммунистической партией и ОНФ (незначительной группировкой, возглавляемой Филиппом Гуневардене)".

Здесь мы снова говорим об этом. Как раз в тот момент, когда вы отделяетесь от СРЛ и вновь утверждаете Пена лидером китайской секции, вы переключаете внимание своих членов на "великую ЛССП в Цейлоне". Конечно, вы храните осторожное молчание по поводу того, как проходил митинг. Вы не говорите своим членам, что когда три левые партии, то есть ЛССП, Компартия и ОНФ, обсуждали подготовку митинга, Филипп Гуневардене настаивал, что только политические партии должны быть представлены на трибуне. Его мотив был прост и довольно реакционен. Он желал лишить индийский рабочий класс представительства в лице своих профсоюзов.

ЛССП, к своему бесконечному стыду, согласилась на этот фарс. Следует помнить, что в прошлом ЛССП была единственной партией на Цейлоне, безусловно стоявшей за равенство [прав] тамильского рабочего класса. Она всегда резко возражала Филиппу Гуневардене из ОНФ, роль которого на митинге была всецело реакционной.

Вы храните молчание о том, что сказал Филипп Гуневардене. Оговорившись, он употребил слово "раса" вместо "нация" и затем исправился. Его сторонники из числа присутствующей публики закричали: "Нет, не нация — раса!". Все это время представители ЛССП сидели молча на трибуне. Вот цена такого союза.

Теперь ЛССП открыто признает, что ее лидеры готовы сделать реальные и значительные уступки по вопросу о паритетном статусе тамилов и сингалов. Такова логика капитуляции, которая привела их к поддержке капиталистического правительства мадам Бандаранаике. Вы должны сказать своим членам, что Н.М. Перейра, Аниль Мунесинге и другие лидеры ЛССП являются буддистами, которые регулярно присутствуют на молениях в храмах» (11).

В критические месяцы, предшествовавшие вступлению ЛССП в коалиционное правительство, возглавляемое Бандаранаике, паблоистский Объединенный Секретариат возражал против проведения дискуссии о правой ориентации своих цейлонских союзников. Хотя Банда ссылается на тактические различия между Пабло и Манделем относительно линии по Цейлону, — эпизодический спор, который никак не влияет на оценку паблоизма как политического течения, — он не упоминает ответ, данный Объединенным Секретариатом в защиту ЛССП. Заявляя, что необходимо было дать ЛССП время доказать свою «искренность» и «добрую волю», Объединенный Секретариат подтверждал, что критика ЛССП

«прежде всего означала бы намеренное накаливание атмосферы в ЛССП путем вливания острейшего рода фракционности; во-вторых, она означала бы еще большее обострение ситуации путем переноса спора на общественную арену. Решительная политика такого рода поставила бы под угрозу, если не разрушила бы, братские отношения между Объединенным Секретариатом и руководством ЛССП. Конечный результат этой полемики нанесет большой ущерб Четвертому Интернационалу и ЛССП, включая ее левое крыло, которое абсолютно не заинтересовано в том, чтобы ставить под вопрос единство партии путем создания несвоевременных внутренних трений и напряжений любого происхождения» (12).

Хроника событий доказывает, что Банда бесстыдно лжет, когда заявляет: «Вмешательство МК произошло лишь накануне раскола в Коломбо, когда Хили попытался незваным проникнуть на конференцию и получить дешевое преимущество за счет Пьера Франка и Объединенного Секретариата».

Это ребяческая глупость не заслуживает того, чтобы принимать ее всерьез. Хили направился на Цейлон как представитель единственного международного течения, которое более десятилетия боролось против ревизионизма, приведшего ЛССП к окончательному предательству. Паблоист Пьер Франк, лидер Объединенного Секретариата, помог подготовить это предательство.

Не менее цинично и бесчестно заявление Банды о том, что «МК не имел никакой иной перспективы относительно Шри-Ланки, кроме как осуждения Н.М. Перейры после совершенного предательства. Тов. Тони Банда было поручено попытаться собрать осколки и создать секцию». Должны ли мы допустить, что Тони Банда действовал сам по себе как политический вольнонаемный, а не как член СРЛ и МКЧИ, когда он поехал на Шри-Ланку? Если у МК не было перспективы, как тогда Банда объясняет образование Революционной Коммунистической Лиги, которая стала секцией Шри-Ланки в Международном Комитете?

Международный Комитет, основанный в борьбе против паблоизма более чем за десятилетие до того, как ревизионизм послужил причиной вступления так называемой троцкистской партии в буржуазное правительство, имел очень ясную перспективу для работы на Цейлоне. Он единственный признавал мировое историческое значение предательства ЛССП для Четвертого Интернационала. В заявлении от 5 июля 1964 года МКЧИ писал:

«Вступление членов ЛССП в коалицию Бандаранаике знаменует собой конец целой эпохи эволюции Четвертого Интернационала. Ревизионизм в мировом троцкистском движении нашел свое выражение в прямом служении империализму, в подготовке поражения рабочего класса. Задачу перестройки Четвертого Интернационала следует осуществлять на твердой основе создания революционных пролетарских партий в каждой стране, в борьбе против бюрократических и оппортунистических прислужников империализма и против их защитников — ревизионистов, которые узурпировали название троцкизма и Четвертого Интернационала» (13).

Банда не упоминает об еще одном важнейшем побочном продукте предательства паблоистов на Цейлоне. Сторонники МКЧИ, возглавляемые Тимом Вулфортом и составлявшие официальное меньшинство в американской СРП, были исключены из партии, так как настаивали на обсуждении исторического предательства ЛССП, с которой СРП была политически связана. Именно за это «преступление» и за попытки распространить среди членов СРП заявление по поводу вступления ЛССП в коалиционное правительство Вулфорт и восемь других членов меньшинства были исключены (беспрецедентное событие в истории Четвертого Интернационала).

Течение меньшинства с 1961 года боролось вместе с Международным Комитетом против перерождения руководства СРП. Оно продолжало борьбу даже после раскола СРП с Международным Комитетом, чтобы сделать все возможное для возвращения СРП на путь троцкизма. Однако события на Цейлоне заставили предпринять чрезвычайные усилия к тому, чтобы потребовать дискуссии относительно кризиса в мировом троцкистском движении. Заявление меньшинства от 30 июня 1964 года гласило:

«В продолжение всего периода с 1961 по 1963 год мы подтверждали снова и снова, в духе политической солидарности с Международным Комитетом, что воссоединение Четвертого Интернационала без всесторонней политической дискуссии перед фактическим объединением могло привести только к катастрофе и дальнейшей дезинтеграции международного движения и партии здесь. Наша позиция полностью подтвердилась...

Нельзя и дальше отказываться от признания политического, теоретического и методологического кризиса, раздирающего на части нашу партию и международную организацию, с которой она в настоящее время политически связана. Для выживания партии необходимо немедленно организовать подробнейшую дискуссию по этим вопросам во всех партийных ячейках.

Нам всем хорошо известно, что такая дискуссия в период между съездами является чрезвычайной мерой. Мы требуем дискуссии именно потому, что имеем дело с кризисом чрезвычайного характера. Ленинцы никогда не делают фетиш из организационных вопросов. Они охотно регулируют организационные формы, чтобы они соответствовали политическим нуждам. Продолжать бесплодную дискуссию в период, когда партия должна сделать много важной работы, выходящей за рамки внутрипартийной деятельности, является преступным актом против большевистской партии. Не организовывать дискуссию, когда глубокий политический кризис разрывает на части партию и международное движение, — равносильно, по меньшей мере, преступлению. Те, кто выступает против проведения необходимой партийной работы для осуществления процесса, неотделимого от самого выживания партии, не могут называться ленинцами» (14).

Десятью днями позже все девять подписавшихся под этим письмом были исключены из СРП. Однако они приступили к формированию Американского комитета Четвертого Интернационала, который в ноябре 1966 года был преобразован в Рабочую Лигу. Таким образом, борьба, которую вел МКЧИ против паблоистского ревизионизма, обеспечила историческую преемственность троцкистского движения в Соединенных Штатах.

Примечания:

1. Newsletter, 7 December 1963.
2. Ibid.
3. Ibid.
4. National Educational Department Socialist Workers Party, Education for Socialists: The Struggle to Reunify the Fourth International (1954-63), vol. 3, May 1977, pp. 31-32.
5. Ibid., p. 33.
6. Cliff Slaughter, ed., Trotskyism Versus Revisionism: A Documentary History (London: New Park Publications, 1974), vol. 4 , The International Committee Against Liquidationism, p. 58.
7. From a copy of the original document.
8. From a copy of the original document.
9. Seventh World Congress of the Fourth International, "The International Situation and Our Tasks", Fourth International, no. 17, October-December 1963, p. 45.
10. Slaughter, ed., Trotskyism Versus Revisionism, vol. 4 , p. 235.
11. Ibid., p. 162.
12. Ibid., p. 240.
13. Newsletter, 11 July 1964.
14. From a copy of the original document.

Смотри также:
Дэвид Норт. Наследие которое мы защищаем. Введение в историю Четвертого Интернационала
[an error occurred while processing this directive]