World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

  МСВС : МСВС/Р : Троцкизм

Дэвид Норт

Наследие, которое мы защищаем:
Введение в историю Четвертого Интернационала


(Версия для распечатки)

Предисловие к русскому изданию книги

Владимир Волков

Мировой Социалистический Веб Сайт начинает публикацию на русском языке книги Дэвида Норта Наследие, которое мы защищаем: Введение в историю Четвертого Интернационала (David North, The Heritage We Defend: A Contribution to the History of the Fourth International). Написанное первоначально в виде серии статей, это произведение в форме книги было опубликовано в 1988 году американским издательством Labor Publications (Detroit, Michigan).

Предлагаемая читателю на русском языке книга Дэвида Норта - произведение во многих отношениях особенное. Она является прежде всего наиболее глубоким и обстоятельным изложением послевоенной истории Четвертого Интернационала, международного троцкистского движения, основанного Львом Троцким в 1938 году, развития идей и внутренней борьбы в нем. В то же время это произведение само является частью истории Четвертого Интернационала. Оно родилось из пламени напряженной, острой борьбы. Одна из главных особенностей этой книги в том, что автор пишет ее не как сторонний наблюдатель, а как активный участник событий, для которого восстановление правдивой картины предшествующего исторического развития является не отвлеченной, а в значительной степени практической задачей.

События, которые послужили толчком к написанию книги, развернулись внутри Международного Комитета Четвертого Интернационала (МКЧИ) во второй половине 1985 - начале 1986 гг. и совпали по времени с резкими переменами во всем мире, выразившимися, в частности, в приходе в СССР к власти М. Горбачева и объявления им политики "гласности" и "перестройки". В этот период Четвертый Интернационал переживал один из самых острых кризисов в своей истории. Британская Рабочая Революционная партия (РРП), лидирующая в тот период секция Международного Комитета, оказалась под угрозой политической самоликвидации.

Борьба, развернувшая в этот момент в МКЧИ и завершившаяся через несколько месяцев победой интернационалистических сил, была связана со стремлением отстоять традиции и принципы революционного движения перед лицом политического перерождения и попыток теоретически ревизовать идейное наследие Четвертого Интернационала.

Непосредственным поводом для написания настоящей книги послужил документ, который был опубликован Майклом Банда (Banda), бывшим в тот момент генеральным секретарем РРП, и носил весьма претенциозное и выспреннее название 27 причин для того, чтобы похоронить Международный Комитет и строить Четвертый Интернационал заново. В этом документе М. Банда фактически отрекался от всей той многолетней борьбы, которую он вел в рядах троцкистского движения за международный социализм, и ставил под сомнение сам факт того, что Четвертый Интернационал когда-либо после смерти Л. Троцкого представлял собой организацию, способную бороться за мировую социалистическую революцию и быть преемником традиций европейского марксизма и русского большевизма.

Историческое значение Четвертого Интернационала

Русскому читателю до сих пор еще очень мало что известно об истории Четвертого Интернационала и о том, какие идеи защищала Левая Оппозиция в ВКП(б) и Коминтерне во главе со Львом Троцким в 20-30-е гг. Немалую лепту в прояснение этих вопросов внес московский историк Вадим Роговин, опубликовавший в продолжение 1992-1998 гг. шесть томов своего исторического исследования под общим названием "Была ли альтернатива?" Однако массовое сознание России и других бывших республик Советского Союза все еще очень далеко от понимания подлинной картины тогдашних событий.

Между тем та социально-экономическая катастрофа, которая с неумолимой последовательностью разворачивается на территории бывшего СССР, требует для своего преодоления максимально полного прояснения вопросов истории, прежде всего советской, но также и всей мировой истории 20-го столетия, а затем и извлечения из этой истории наиболее важных и необходимых уроков. Решить эту задачу невозможно без самого близкого знакомства с происхождением и развитием международного троцкистского движения, которое возникло и сформировалось в качестве прямого продолжения политической линии большевизма в эпоху, когда доминирующие позиции в международном коммунистическом движении постепенно захватывала контрреволюционная сталинистская бюрократия.

Общее понимание происхождения и истории Четвертого Интернационала способно помочь, в том числе и более ясному представлению о том, каковы были истоки нападок М. Банда на Международный Комитет, равно как и по достоинству оценить научное и историческое значение книги Д. Норта.

До сих пор в мировом общественном мнении продолжает доминировать насквозь ложное представление о судьбе русской революции, совершенной в Октябре 1917 года. Это представление сводится к тому, что процессы, получившие развитие в Советской России в продолжение 20-30-х гг. и завершившиеся Большим террором и установлением тоталитарной бюрократической деспотии во главе со Сталиным, являлись неизбежным продуктом и закономерным продолжением традиций и духа Октября. Вся история СССР после смерти Ленина, согласно этой точке зрения, являла собой неуклонный "триумф" большевистских идей.

Интересно отметить, что этот взгляд традиционно объединяет как ортодоксальных последователей Сталина, так и всех наиболее авторитетных идеологов антикоммунизма (как, например, американский историк Р. Пайпс).

На самом деле то, что происходило в Советском Союзе в течение 20-30-х гг., представляло собой глубочайшую реакцию против Октябрьской революции, против традиций, духа и, в конечном итоге, самой буквы большевизма. Никогда ни сталинистская, ни либерально-антикоммунистическая мысль не способны были объяснить, почему для "победы социализма" в СССР потребовалось физически уничтожить миллионы простых граждан, лучших представителей рабочего класса и социалистической интеллигенции, а также практически целиком истребить несколько поколений тех революционеров, которые создавали в подполье большевистскую партию, боролись за победу Октябрьской революции в 1917 году, а потом сражались на фронтах гражданской войны, защищая первую в мире республику Советов, и стояли у истоков Советского государства, закладывая основы для строительства в СССР общества без классов и угнетения?

Вопреки утверждениям сталинистских и антикоммунистических авторов, режим, установившийся в Советском Союзе со времени монополизации власти бюрократическим аппаратом во главе со Сталиным, не только не представлял собой "воплощения подлинной сути" марксизма и большевизма, но находился в непримиримой враждебности к любым проявлениям того, что так или иначе было с этим связано. Как пишет Вадим Роговин во втором томе своего исторического цикла, в результате бюрократического перерождения и сталинских репрессий 30-х гг. "в советском обществе оказался утраченным сам тип большевистского сознания" (В. Роговин, Власть и оппозиции. М., 1993, с. 264).

Равным образом, общественный строй Советского Союза 30-80-х гг. не представлял собой какой-либо разновидности социализма. СССР был обществом, которое находилось в переходном состоянии между капитализмом и социализмом и где при сохранении социальных основ для строительства социализма политическая власть была целиком узурпирована кастой привилегированной партийно-государственной бюрократии. Этот факт политической узурпации был переходной ступенью к возможности для бюрократии реставрировать капитализм.

Как писал Л. Троцкий в своей классической работе Преданная революция, судьба СССР могла быть решена лишь борьбой живых социальных сил: либо бюрократия рано или поздно решилась бы укрепить свое политическое господство также и господством в материальных отношениях производства, для чего ей потребовалось бы опрокинуть социальные основы Советского Союза и восстановить права частной собственности; либо рабочий класс нашел бы в себе силы свергнуть политическую власть бюрократии и открыть тем самым простор для развития социализма в СССР. В любом случае вопрос о победе над бюрократией и дальнейшем развитии Советского Союза был неразрывно связан с подъемом и возрождением международного революционного движения рабочего класса.

Такова была изначальная и основная концепция Льва Троцкого, которая в своем наиболее развернутом виде была сформулирована в упомянутой работе Преданная революция, вышедшей в свет в 1936 году, как раз накануне начала Большого террора. Это стало одновременно и базисом для принципиальной программы созданного под руководством Л. Троцкого в 1938 году Четвертого Интернационала.

Выросший из борьбы Левой Оппозиции в СССР 20-х гг., Четвертый Интернационал в продолжение послевоенного периода мировой истории представлял собой единственную политическую силу, которая принципиально и последовательно боролась против сталинистского перерождения СССР и отстаивала подлинные традиции и ценности марксизма и большевизма в международном рабочем движении.

Рассматривая сталинистскую бюрократию как силу, которая превратилась в агентуру империализма в рабочем движении и благодаря которой капитализм получил историческую отсрочку своей неизбежной гибели, Четвертый Интернационал призывал рабочих СССР насильственным путем свергнуть политическое господство номенклатурной касты и через возрождение органов советской демократии открыть простор подлинному хозяйственному планированию и строительству социализма. Однако Л. Троцкий всегда подчеркивал, что возрождение рабочего движения в СССР невозможно без воспитания политических кадров на основе программы Четвертого Интернационала, - с одной стороны, и без поддержки международного рабочего движения - с другой. Гарантию защиты СССР и сохранения его социальных основ он усматривал в успехах международного рабочего движения. Возрождение же последнего Троцкий неразрывно связывал с победой над бюрократией внутри Советского Союза. Постановка этой двуединой задачи представляла собой одно из выдающихся достижений марксистской мысли, опирающейся на фундамент диалектико-материалистического метода мышления.

Сегодня, когда распад прежних хозяйственных условий и интеграция экономик стран бывшего "социалистического лагеря" в структуры мирового капиталистического рынка идет полным ходом со всеми сопутствующими катастрофическими последствиями, правильность той программы, на которой был основан Четвертый Интернационал, можно считать доказанной - пусть и в негативной форме - самой жизнью.

Надежды на то, что капитализм принесет с собой процветание и быстрое возрождение экономик стран Восточной Европы и бывшего Советского Союза, по меньшей мере фундаментально подорваны в массах. Вместо подъема уровня жизни и расцвета культуры народы вчерашнего "соцлагеря" оказались перед угрозой постоянного роста безработицы, нищеты и постоянных кровавых межнациональных конфликтов и этнических чисток. С началом натовских бомбежек Югославии наиболее развитые капиталистические страны во главе с США выступили в наиболее обнаженном виде не как носители мира и благополучия, но как силы иррационального разрушения и уничтожения. Все вопросы, поставленные столетием назад в связи с имманентно присущими мировому капитализму разрушительными тенденциями, вновь приобрели особую остроту.

Рабочий класс бывшего Советского Союза никогда не сможет понять, что произошло и что нужно делать для того, чтобы повернуть ход мировой истории в интересах большинства "обычных" людей, в направлении все большего социального равенства, без тщательного изучения истории Четвертого Интернационала и усвоения уроков его развития и борьбы за традиции и принципы марксистского движения.

Троцкизм против паблоизма

Основное значение книги Дэвида Норта заключается в том, что она дает ключ к пониманию самого главного вопроса в истории Четвертого Интернационала: как понимать ту борьбу, которая происходила в ЧИ в послевоенный период, уже после смерти Л. Троцкого? Зачем была нужна эта борьба, какие социальные процессы и силы она выражала и во имя чего велась?

Д. Норт показывает, что главное в истории Четвертого Интернационала - это борьба за сохранение и дальнейшее развитие марксистского движения. На каждом серьезном повороте мировой истории внутри ЧИ появлялись течения, которые в том или ином виде выступали за "обновление" программы Четвертого Интернационала, за отказ от тех или иных фундаментальных основ, на которых это движение выросло и строилось. Основываясь на большом количестве источников, Д. Норт научно доказывает, что возникавшие разногласия не были результатом только лишь субъективных расхождений отдельных личностей, а политические расколы, которые происходили, не были следствием распрей каких-то случайных групп. Все эти процессы в конечном итоге были выражением глубоких социальных сдвигов, происходивших в мире.

Первым и, возможно, ключевым кризисом в Четвертом Интернационале в послевоенное время, приведшим его к расколу на два основных течения и определившим всю дальнейшую историю троцкистского движения, был раскол 1953 года. К тому времени тогдашнее руководство Интернационала в лице Мишеля Пабло (Pablo) и Эрнеста Манделя (Mandel) выдвинуло теорию, согласно которой в результате раздела мира на два лагеря под руководством империалистов США и сталинистской бюрократии СССР решающей движущей силой исторического развития стала не классовая борьба между пролетариатом и буржуазией, а противостояние этих двух лагерей. При этом Пабло и Мандель исходили из того, что если в результате победы сталинистского лагеря над мировым капитализмом установится всемирное господство сталинистских аппаратов, то это станет прогрессивным этапом на пути развития социализма. Может быть, как предполагали Пабло и Мандель, господство сталинистских бюрократий будет продолжаться "целые столетия", однако, когда-нибудь под давлением рабочих масс бюрократия вынуждена будет пойти на демократизацию управления, и это будет победой подлинного социализма. Сформулированная к началу 50-х гг., эта теория, по имени ее автора, получила название "паблоизм".

Согласно духу этой концепции, необходимость в самостоятельной международной партии пролетариата отпадала, равно как и необходимость борьбы за независимую мобилизацию рабочего класса. Это представление находилось в очевидном противоречии с самими основами марксизма. В итоге паблоизм стал рассматривать социализм не как результат сознательной борьбы рабочего класса за свое социальное и духовное освобождение, а как результат некоего бессознательного процесса, в котором всевозможные социальные слои и политические тенденции (даже прямо контрреволюционные, как, например, сталинистская бюрократия) могли выступать в качестве инструментов исторического прогресса.

Следуя своей новой политической линии, по существу отрицавшей необходимость самостоятельного существования Четвертого Интернационала, Пабло и Манделем была инспирирована директива, которая обязывала секции Четвертого Интернационала добровольно вступать в сталинистские, социал-демократические и буржуазно-националистические партии, подчинившись при этом их дисциплине. В ответ на это марксистское крыло Четвертого Интернационала, отказавшись следовать подобному самоубийственному решению, образовало в 1953 году Международный Комитет Четвертого Интернационала, ставшим преемником революционных и интернациональных традиций в ЧИ.

Раскол 1953 года по своему историческому значению аналогичен расколу в российской социал-демократии в 1903 году на меньшевиков и большевиков. Если центральной проблемой, вокруг которой происходило выковывание большевистской партии в борьбе против оппортунистического крыла РСДРП в лице меньшевизма, являлось отношение к либеральной буржуазии, то аналогичным образом центральной проблемой, вокруг которой вплоть до самого последнего времени вращалась история Четвертого Интернационала - являлась проблема того, как оценивать роль советской бюрократии.

Следующей важной вехой в истории Четвертого Интернационала стали события начала 60-х годов, когда под воздействием "холодной войны" и кубинской революции часть Международного Комитета пришла к выводу о том, что раскол 1953 года исторически изжит и что настало время для воссоединения с паблоистами. На самом деле ни одно из тех положений, на которых основывался паблоистский ревизионизм, не было последним отброшено, так что согласие на воссоединение с паблоистами было лишь проявлением внутреннего политического вырождения определенной части МКЧИ. Паблоисты продолжали свою линию на то, чтобы, - игнорируя марксистское учение о непримиримости классовых противоречий, - восхвалять мнимые потенциальные "революционные" возможности радикальных фракций национальных буржуазий в ряде стран Азии, Африки и Латинской Америки. В частности, они прославляли леворадикальный буржуазно- националистический режим Ф. Кастро на Кубе как ступень к социалистической революции, а самого Кастро преподносили как "бессознательного" марксиста, который вольно или невольно выполняет политическую программу Четвертого Интернационала.

Революционное ядро Международного Комитета решительно воспротивилось наметившемуся внутри МКЧИ сползанию в сторону оправдания паблоистского ревизионизма и оппортунизма. Раскол МК по вопросу о воссоединении с паблоистами, произошедший в 1963-1964 гг., еще больше идейно укрепил подлинно марксистские кадры Четвертого Интернационала накануне самой крупной волны радикализации на Западе в послевоенный период конца 60-х - начала 70-х гг.

Последний крупный кризис Четвертого Интернационала принципиального характера был связан с борьбой против линии, которую проводило, начиная с начала 70-х гг., руководство британской Революционной Рабочей партии и Международного Комитета в лице Джерри Хили (Healy), Майкла Банды и Клиффа Слотера (Slaughter) и которая была направлена на приспособление к буржуазно-националистическим режимам в странах "третьего мира". Борьба против этого сползания развернулась в 1985-1986 гг. и закончилась победой марксистского крыла МК. Хили, Банда и Слотер вместе с их сторонниками были исключены из рядов международного троцкистского движения.

Раскол РРП 1985-1986 гг.

События 1985-1986 гг. являются фоном, на котором разворачивается многоплановое содержание книги Д. Норта. Кризис вспыхнул почти внезапно, на основе обвинений Джерри Хили, фактического лидера британской Рабочей Революционной партии и МКЧИ, связанных с его сексуальным поведением. Будучи в реальности продуктом длительного политического перерождения руководства организации, кризис привел в итоге к распаду партии на множество кусков.

Генеральный секретарь РРП Майкл Банда, чья активная деятельность внутри Четвертого Интернационала началась еще в конце 1940-х гг. и который был одним из тех, кто нес основную ответственность за проблемы партии, должен был проанализировать, объяснить и исправить ошибки, которые привели к кризису. Однако вместо этого Банда предпочел путь перекладывания ответственности за собственные ошибки на троцкизм. Согласно той точке зрения, которую он занял, распад РРП в 1985-86 гг. был вызван не чем иным, как решением в 1953 году образовать МКЧИ!

Когда кризис в британской РРП стал открыто свершившимся фактом, МКЧИ приостановил членство в нем РРП с условием, что члены этой партии будут индивидуально восстанавливаться в МКЧИ на основании принципиального подтверждения с их стороны политического и теоретического наследия Четвертого Интернационала.

Намеченная процедура должна было произойти во время 8-го Конгресса РРП, который должен был состояться в первой половине февраля 1986 года. Однако по настоянию Клиффа Слотера в самый канун открытия Конгресса были опубликованы 27 причин М. Банды. Эта публикация была использована руководством РРП в качестве предлога для того, чтобы изолировать всех сторонников Международного Комитета от работы на этом важном мероприятии. Сам Конгресс, который становился, таким образом, актом раскола РРП с МКЧИ, был превращен в форум для истеричного осуждения всей истории Международного Комитета. Что придало этому событию особенно причудливый характер, было то, что Клифф Слотер и другие, кто председательствовал на этом Конгрессе, десятилетиями стояли во главе МКЧИ! Сам Слотер вплоть до начала 1986 года был секретарем Международного Комитета.

Необходимо специально подчеркнуть, что статья М. Банда первоначально была с энтузиазмом встречена не только Клиффом Слотером, но также и многими другими, как мастерская интерпретация истории Четвертого Интернационала. Пользуясь этим поводом, все те, кто годами скрещивал мечи с Международным Комитетом и потихоньку распродавал свои революционные принципы, приветствовали трактат, который оправдывал все их предательства рабочего класса. В конце концов, Банда сказал им только то, что они хотели услышать: всякий грех, который они совершили, был виной самого троцкизма.

Если все они так или иначе капитулировали перед советской бюрократией, то вина лежит не на них, но, скорее, на слабостях троцкистской программы!

Несмотря на шумное одобрение, которое сопровождало резкую обличительную речь М. Банды, Международный Комитет решил ответить на его атаку, и в течение следующего года в прессе МКЧИ появился ряд статей, озаглавленных Наследие, которое мы защищаем. Но даже прежде, чем была опубликована последняя статья из этой серии, опровержение Майкла Банды было дано его собственным развитием. В продолжение 1986 года он вышел из РРП, объявил Троцкого контрреволюционером и одновременно с этим провозгласил Сталина самым великим марксистом XX-го столетия.

Более того, Банда объявил, что "банкротство" троцкизма и Четвертого Интернационала было уже заведомо предопределено фундаментальной концепцией троцкистского движения. Она состояла в убеждении, что сталинистский режим будет вести к краху СССР, если только не будет свергнут рабочим классом в ходе политической революции. "Вся Советская история - во времена Сталина и после его смерти, - крикливо заявил Банда, - свидетельствует против этого младенчески левацкого предположения и указывает в противоположном направлении... Всякий, кто читал отчеты XXVII-го съезда и заявления Центрального Комитета КПСС о проблемах Советской промышленности и сельского хозяйства, отвергнет с насмешкой мрачную фантазию Троцкого". Так, напомним, писал Банда в 1986 году. И что же? Меньше чем через пять лет после того, как эти слова были написаны, "мрачная фантазия" Троцкого осуществилась в реальности.

Наследие марксизма сегодня

Публикуемая впервые на русском языке книга Дэвида Норта в полемической форме опровергает нелояльные, грубые, а также ни теоретически, ни исторически не обоснованные нападки Майкла Банды на историю Четвертого Интернационала и МКЧИ. Появившаяся в самый разгар "перестройки" Горбачева в Советском Союзе, эта книга не только являет собой яркий образец безупречной защиты теоретического и исторического наследия марксизма от идеологических вылазок своих ренегатов, но и дает превосходный очерк истории Четвертого Интернационала, показывая основные узловые моменты этой истории, выявляя существо и социальный смысл возникавших разногласий.

Для русского читателя Наследие представляет также дополнительный интерес. Книга показывает, что все решающие кризисы в Четвертом Интернационале были самым тесным образом связаны с историей Советского Союза. В самом деле, раскол 1953 года был в значительной степени вызван смертью Сталина и надеждами паблоистов на то, что в среде правящей бюрократии найдется фракция, которая пойдет на глубокие политические реформы и сможет таким образом возродить подлинную советскую демократию в СССР.

Следующий кризис 1963-1964 гг. совпадает по времени с событиями, связанными со смещением Хрущева и восстановлением в СССР более жестких условий аппаратного правления. Паблоисты бросились на поиски других "революционных" фигур, типа Ф. Кастро. Наконец, последний крупный кризис 1985-1986 гг. развернулся на фоне прихода к власти Горбачева и иллюзий периода "перестройки".

В книге Д. Норта, опубликованной за три года до Беловежских соглашений, говорится, что путь, предлагаемый Горбачевым, есть путь по направлению к реставрации капитализма и краху Советского Союза. Сегодня можно с уверенностью сказать: никто, кроме Четвертого Интернационала, так ясно не представлял себе и не предупреждал о том, куда ведет "перестройка" Горбачева.

Наследие заканчивается горячей полемикой против тех в британской РРП, кто утверждал в период расцвета "перестройки" и "гласности" в СССР, что предвидение Л. Троцкого о том, что СССР может быть разрушен, неосновательно. Эти люди говорили тогда: альтернатива, которую рисовал Троцкий, - либо политическая революция рабочего класса, либо разрушение СССР бюрократией - сегодня устарела и несостоятельна. Д. Норт в своей книге защищал программу Троцкого. События, последовавшие вскоре после этой полемики, подтвердили глубину и историческую правоту этой позиции.

Автор настоящих строк целиком присоединяется к глубокой уверенности Дэвида Норта в том, что программа Четвертого Интернационала сможет завоевать поддержку рабочего класса бывшего СССР, какие бы препятствия ни стояли на этом пути. Было бы, однако, чересчур большой наивностью ожидать, будто это соединение произойдет быстро и легко. Существует масса серьезных препятствий разного рода. Среди них не последнюю роль играет идейное и психологическое наследие сталинизма, которое продолжает жить в сознании сотен миллионов людей, даже если они и не отдают себе в этом ясного отчета. Речь идет не только о традициях восхищения государством и державным могуществом. Сталинизм сумел навязать советским гражданам в основе своей глубоко националистическое мироощущение, согласно которому в СССР советский патриотизм было принято рассматривать как высшую форму социалистического интернационализма. Другой стороной этого представления является вера в возможность построения социализма в одной отдельно взятой стране, в данном случае - в территориальных пределах бывшего Советского Союза.

* * *

В годы "перестройки" и "гласности" в СССР появилось множество различных тенденций, выступавших от имени Четвертого Интернационала. Все они, как правило, бешено ругали друг друга. Было очень трудно поначалу различить среди них, кто есть кто. Это временное состояние первоначального знакомства с международными тенденциями в рабочем движении привело к некоторым отрицательным последствиям. Возникло течение, которое полагает, что сначала надо построить своего рода русскую троцкистскую партию, а потом уже решать, с кем и на каких условиях сотрудничать на международной арене.

Л. Троцкий вел себя в свое время совершенно иначе. Интернационализм - это не просто солидарность с действиями трудящихся в других странах. Это особое, весьма абстрактное в некотором смысле, мировоззрение, которое исходит из единства социального положения и интересов наемных работников всех стран мира. Именно по этой причине марксизм рассматривает интернационализм в качестве необходимого условия для построения революционной партии.

Наследие Д. Норта - работа полемическая. Предметом ее является один человек - Майкл Банда. Он был мало известен широкой публике на Западе в свое время и тем более в СССР. Еще меньше он может заинтересовать кого-либо сейчас. С точки зрения его общей политической эволюции он предстает как мелкая и незначительная историческая фигура. Однако опровержение его взглядов позволяет автору книги в положительной форме дать изложение истории, а также фундаментальных теоретических и политических основ Четвертого Интернационала. Блистательно использованный, как и сто с лишним лет назад Ф. Энгельсом в Анти-Дюринге, этот метод поднимает книгу Д. Норта выше простой политической полемики, возводя ее на уровень глубокого научного и исторического исследования.

Для того, чтобы понять эту книгу, простому читателю не обязательно знать подробности жизни Майкла Банды или нюансы тех разногласий, которые происходили в Четвертом Интернационале за его более чем полувековую историю. Вопросы, затрагиваемые в ней, сугубо актуальны и злободневны. Они касаются всех вместе и каждого в отдельности. Вот почему эта книга очень нужна, особенно сейчас, в момент важного исторического перепутья, когда решаются судьбы мира и того, каким будет новое тысячелетие.

Появление книги Д. Норта на русском языке - важная веха на пути Международного Комитета. Долгие годы марксизм был полностью изолирован от рабочего класса Советского Союза. Теперь прежние преграды пали. Четвертому Интернационалу есть что сказать читателю в стране, которая была колыбелью самой великой революции в истории. Наследие, которое мы защищаем - это своего рода визитная карточка, с которой интернациональный социализм обращается к самой широкой аудитории перед лицом тех исторических задач, которые обязательно должны быть разрешены человечеством.

Наследие, которое мы защищаем

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site